Перейти к публикации
пикап.Форум

История изменений

Обратите внимание, что редакции старше 168 days удаляются и больше не будут отображаться здесь.
РИО

РИО

В этой главе в игре появляется незнакомка и передает послание, которое рассказывает о сильных мира сего из Питера 90х 😎 spacer.png

Цитата

ДИССОНАНС

Глава 5. Записка

Записка была странной. Не то чтобы опасной. Но странной. Как будто кто-то написал её левой рукой. Или правой, но в темноте. Или — что ещё более подозрительно — как будто кто-то очень старался написать её так, чтобы она выглядела написанной левой рукой в темноте, но перестарался.

Артём прочитал её три раза. Потом четвёртый. Потом сказал:

— Я ничего не понимаю.

Настя взяла записку. Прочитала. И сказала:

— Я тоже. Но это интересно.

Они сидели на кухне в квартире на Васильевском — той самой, которую им выделили в Айде. За окном было серо. Пахло пельменями. Сэнсей стоял у плиты и помешивал что-то в кастрюле с видом человека, который знает, что делает, но не собирается этим делиться.

Записка лежала на столе. Кусок бумаги. Настоящей бумаги — в Айде это была редкость. На ней были цифры. Координаты. И фраза, написанная от руки:

«Там, где вода встречается с камнем, а камень помнит больше, чем вода».

— Это поэзия, — сказал Артём.

— Это загадка, — сказала Настя.

— Это проблема, — сказал Сэнсей, не оборачиваясь. — Потому что вода и камень — это половина Питера. А вторая половина — тоже вода и камень. Просто другая.

Он был прав. Артём это понимал. Но всё равно смотрел на записку. Потому что в ней было что-то. Что-то, что не давало покоя.

— Кто её передал? — спросил он.

— Девушка, — сказала Настя. — Молодая. Красивая. Модельная внешность. Светлые волосы. Серо-голубые глаза. Тонкие запястья. На одном — браслет. Она подошла, положила записку на стол и ушла. Не сказала ни слова.

— Ни слова?

— Ни слова.

— И ты не спросила, кто она?

— Я не успела. Она исчезла. Как будто её и не было.

Сэнсей поставил перед ними две тарелки с пельменями. Пельмени были горячие. Пахли так, что Артём забыл про записку на секунду. Но только на секунду.

— Ешьте, — сказал Сэнсей. — Думать на голодный желудок — это как искать воду в камне. Бессмысленно и утомительно.

---

Они ели. И думали. Артём смотрел на записку. Настя смотрела в окно. Сэнсей смотрел на них обоих с выражением человека, который знает больше, чем говорит, но не собирается делиться, потому что это было бы слишком просто.

— Ты знаешь, кто она? — спросил Артём.

— Я знаю многое, — сказал Сэнсей. — Но не всё. Я программа. Я не всеведущ. Я просто... — он помолчал. — Я просто иногда вижу то, что другие не замечают.

— И что ты видишь?

— Я вижу, что она не просто игрок. Она — кто-то. И она хочет, чтобы вы её нашли. Но не в Айде. В реальности.

— Почему?

— Потому что в Айде она не может сказать то, что хочет. А в реальности — может.

Артём отложил вилку. Посмотрел на Настю. Она посмотрела на него. И он понял: она уже решила. Она всегда решала первой. И он шёл за ней. Потому что она была права. А он — нет. Или потому что она была смелее. Или потому что он не хотел, чтобы она шла одна.

— Мы поедем, — сказал он.

— Куда? — спросила Настя.

— В порт. Там, где вода встречается с камнем.

---

Порт в реальном Питере был не таким, как в Айде. Не хуже. Просто другим. Меньше романтики. Больше грузовиков. Больше людей в оранжевых жилетах. Больше шума. И — больше дождя. Питерский дождь — не тот, что падает. Тот, что висит. Как будто город не может решить, плакать ему или просто дышать влагой.

Артём и Настя стояли на набережной. Смотрели на воду. На камни. На то, как волны бьются о гранит. И ничего не происходило.

— Может, мы не там? — спросил Артём.

— Может, — сказала Настя. — Но координаты ведут сюда.

— Координаты — это цифры. А фраза — это загадка. Может, надо думать не о цифрах, а о фразе.

Настя посмотрела на него. Долго. Так, что он почувствовал, как между ними что-то натягивается — тонкое, как нить.

— Ты прав, — сказала она. — «Вода встречается с камнем». Это не про порт. Это про что-то другое.

— Про что?

— Про то, где вода и камень — не просто вода и камень. А что-то большее.

Артём думал. Долго. Потом сказал:

— Может, это про то место, где мы видели её в Айде?

— Где?

— У клуба. Там была стена. С граффити. И на граффити были вода и камень. Я помню. Я смотрел на него.

Настя схватила его за руку. Не сильно. Но он почувствовал.

— Артём. Ты гений.

— Я не гений. Я просто смотрел.

— Вот именно. Ты смотрел. А я нет.

---

Они поехали к клубу. На автобусе. Потом пешком. Двор был тот же. Панельная девятиэтажка. Стена с граффити. Но граффити было другим. Не тем, что в Айде. В Айде на нём были вода и камень. А здесь — что-то другое. Что-то, что они не сразу поняли.

— Это не граффити, — сказала Настя. — Это... — она подошла ближе. — Это QR-код. Только нарисованный. Не настоящий.

Артём посмотрел. И правда. Стена была покрыта рисунком, который издалека казался граффити, а вблизи был QR-кодом. Большим. На всю стену. И он вёл куда-то.

— У тебя есть телефон? — спросил Артём.

— Есть. Но он не берёт.

— Дай мне.

Он взял телефон. Навёл камеру на код. И — сработало. Ссылка открылась. Сайт. Тёмный. Минималистичный. На нём была фотография. Та самая девушка. Модельная внешность. Светлые волосы. Серо-голубые глаза. И под фотографией — адрес. И время. Сегодня. Через час.

— Это она, — сказала Настя.

— Это она, — сказал Артём.

---

Кафе было маленьким. На углу. С витриной, которая помнила лучшие дни. Внутри пахло кофе и чем-то ещё — чем-то, что пахло старой мебелью и новыми надеждами. Она сидела у окна. Та самая. Светлые волосы. Серо-голубые глаза. Браслет на запястье. Она смотрела на них. И улыбалась. Не зло. Скорее — устало.

— Вы пришли, — сказала она. Голос был тихий. Но твёрдый. — Я думала, вы не придёте. Я думала, вы испугаетесь.

— Мы не испугались, — сказал Артём.

— Я знаю. Поэтому вы здесь.

Она показала на стулья. Они сели. Официант принёс кофе. Она взяла чашку. Обхватила её двумя руками. Как будто ей было холодно. Или как будто она хотела согреться. Или как будто она хотела, чтобы что-то её согрело.

— Меня зовут Алиса, — сказала она. — И я — та, кто рассказала в «Айде» то, что не должна была рассказывать.

Артём посмотрел на Настю. Настя посмотрела на него. И они оба поняли: это только начало.

— Что ты рассказала? — спросил Артём.

Алиса отпила кофе. Поставила чашку. И сказала:

— Правду. О девяностых. О порте. О том, как всё было на самом деле. И теперь — те, кто не хочет, чтобы это всплыло, — ищут меня. И вас. Потому что вы видели записку.

Она помолчала. Потом добавила:

— Я не хотела вас втягивать. Но вы уже втянуты. И теперь — у нас есть только мы. И «Айда». И Сэнсей.

Артём посмотрел на неё. На её руки. На браслет. На тонкие запястья. И подумал: «Она не просто красивая. Она — смелая. И она — одна. И она — как мы».

— Что мы можем сделать? — спросил он.

Алиса улыбнулась. Не устало. Скорее — тепло.

— Для начала — дожить до завтра. А потом — мы придумаем.

Она допила кофе. Поставила чашку. И сказала:

— И ещё. Не надевайте очки задом наперёд. Это плохая примета. — Она посмотрела на Артёма. — Я знаю, что ты так делал. Сэнсей рассказал.

Артём покраснел. Настя засмеялась. Алиса улыбнулась. И в этот момент — в маленьком кафе на углу, под питерским дождём, с кофе и пельменями, с запиской и QR-кодом, с незнакомкой, которая стала знакомой, — Артём вдруг понял, что это не игра. Не проект. Не «Айда». Это жизнь. Вторая. Но настоящая.

А Сэнсей — он всё-таки не выключился до конца — тихо сказал в наушниках:

— Это не иллюзия, Артём. 

 

 

РИО

РИО

В этой главе в игре появляется незнакомка и передает послание, которое рассказывает о сильных мира сего из Питера 90х 😎 

Цитата

ДИССОНАНС

Глава 5. Записка

Записка была странной. Не то чтобы опасной. Но странной. Как будто кто-то написал её левой рукой. Или правой, но в темноте. Или — что ещё более подозрительно — как будто кто-то очень старался написать её так, чтобы она выглядела написанной левой рукой в темноте, но перестарался.

Артём прочитал её три раза. Потом четвёртый. Потом сказал:

— Я ничего не понимаю.

Настя взяла записку. Прочитала. И сказала:

— Я тоже. Но это интересно.

Они сидели на кухне в квартире на Васильевском — той самой, которую им выделили в Айде. За окном было серо. Пахло пельменями. Сэнсей стоял у плиты и помешивал что-то в кастрюле с видом человека, который знает, что делает, но не собирается этим делиться.

Записка лежала на столе. Кусок бумаги. Настоящей бумаги — в Айде это была редкость. На ней были цифры. Координаты. И фраза, написанная от руки:

«Там, где вода встречается с камнем, а камень помнит больше, чем вода».

— Это поэзия, — сказал Артём.

— Это загадка, — сказала Настя.

— Это проблема, — сказал Сэнсей, не оборачиваясь. — Потому что вода и камень — это половина Питера. А вторая половина — тоже вода и камень. Просто другая.

Он был прав. Артём это понимал. Но всё равно смотрел на записку. Потому что в ней было что-то. Что-то, что не давало покоя.

— Кто её передал? — спросил он.

— Девушка, — сказала Настя. — Молодая. Красивая. Модельная внешность. Светлые волосы. Серо-голубые глаза. Тонкие запястья. На одном — браслет. Она подошла, положила записку на стол и ушла. Не сказала ни слова.

— Ни слова?

— Ни слова.

— И ты не спросила, кто она?

— Я не успела. Она исчезла. Как будто её и не было.

Сэнсей поставил перед ними две тарелки с пельменями. Пельмени были горячие. Пахли так, что Артём забыл про записку на секунду. Но только на секунду.

— Ешьте, — сказал Сэнсей. — Думать на голодный желудок — это как искать воду в камне. Бессмысленно и утомительно.

---

Они ели. И думали. Артём смотрел на записку. Настя смотрела в окно. Сэнсей смотрел на них обоих с выражением человека, который знает больше, чем говорит, но не собирается делиться, потому что это было бы слишком просто.

— Ты знаешь, кто она? — спросил Артём.

— Я знаю многое, — сказал Сэнсей. — Но не всё. Я программа. Я не всеведущ. Я просто... — он помолчал. — Я просто иногда вижу то, что другие не замечают.

— И что ты видишь?

— Я вижу, что она не просто игрок. Она — кто-то. И она хочет, чтобы вы её нашли. Но не в Айде. В реальности.

— Почему?

— Потому что в Айде она не может сказать то, что хочет. А в реальности — может.

Артём отложил вилку. Посмотрел на Настю. Она посмотрела на него. И он понял: она уже решила. Она всегда решала первой. И он шёл за ней. Потому что она была права. А он — нет. Или потому что она была смелее. Или потому что он не хотел, чтобы она шла одна.

— Мы поедем, — сказал он.

— Куда? — спросила Настя.

— В порт. Там, где вода встречается с камнем.

---

Порт в реальном Питере был не таким, как в Айде. Не хуже. Просто другим. Меньше романтики. Больше грузовиков. Больше людей в оранжевых жилетах. Больше шума. И — больше дождя. Питерский дождь — не тот, что падает. Тот, что висит. Как будто город не может решить, плакать ему или просто дышать влагой.

Артём и Настя стояли на набережной. Смотрели на воду. На камни. На то, как волны бьются о гранит. И ничего не происходило.

— Может, мы не там? — спросил Артём.

— Может, — сказала Настя. — Но координаты ведут сюда.

— Координаты — это цифры. А фраза — это загадка. Может, надо думать не о цифрах, а о фразе.

Настя посмотрела на него. Долго. Так, что он почувствовал, как между ними что-то натягивается — тонкое, как нить.

— Ты прав, — сказала она. — «Вода встречается с камнем». Это не про порт. Это про что-то другое.

— Про что?

— Про то, где вода и камень — не просто вода и камень. А что-то большее.

Артём думал. Долго. Потом сказал:

— Может, это про то место, где мы видели её в Айде?

— Где?

— У клуба. Там была стена. С граффити. И на граффити были вода и камень. Я помню. Я смотрел на него.

Настя схватила его за руку. Не сильно. Но он почувствовал.

— Артём. Ты гений.

— Я не гений. Я просто смотрел.

— Вот именно. Ты смотрел. А я нет.

---

Они поехали к клубу. На автобусе. Потом пешком. Двор был тот же. Панельная девятиэтажка. Стена с граффити. Но граффити было другим. Не тем, что в Айде. В Айде на нём были вода и камень. А здесь — что-то другое. Что-то, что они не сразу поняли.

— Это не граффити, — сказала Настя. — Это... — она подошла ближе. — Это QR-код. Только нарисованный. Не настоящий.

Артём посмотрел. И правда. Стена была покрыта рисунком, который издалека казался граффити, а вблизи был QR-кодом. Большим. На всю стену. И он вёл куда-то.

— У тебя есть телефон? — спросил Артём.

— Есть. Но он не берёт.

— Дай мне.

Он взял телефон. Навёл камеру на код. И — сработало. Ссылка открылась. Сайт. Тёмный. Минималистичный. На нём была фотография. Та самая девушка. Модельная внешность. Светлые волосы. Серо-голубые глаза. И под фотографией — адрес. И время. Сегодня. Через час.

— Это она, — сказала Настя.

— Это она, — сказал Артём.

---

Кафе было маленьким. На углу. С витриной, которая помнила лучшие дни. Внутри пахло кофе и чем-то ещё — чем-то, что пахло старой мебелью и новыми надеждами. Она сидела у окна. Та самая. Светлые волосы. Серо-голубые глаза. Браслет на запястье. Она смотрела на них. И улыбалась. Не зло. Скорее — устало.

— Вы пришли, — сказала она. Голос был тихий. Но твёрдый. — Я думала, вы не придёте. Я думала, вы испугаетесь.

— Мы не испугались, — сказал Артём.

— Я знаю. Поэтому вы здесь.

Она показала на стулья. Они сели. Официант принёс кофе. Она взяла чашку. Обхватила её двумя руками. Как будто ей было холодно. Или как будто она хотела согреться. Или как будто она хотела, чтобы что-то её согрело.

— Меня зовут Алиса, — сказала она. — И я — та, кто рассказала в «Айде» то, что не должна была рассказывать.

Артём посмотрел на Настю. Настя посмотрела на него. И они оба поняли: это только начало.

— Что ты рассказала? — спросил Артём.

Алиса отпила кофе. Поставила чашку. И сказала:

— Правду. О девяностых. О порте. О том, как всё было на самом деле. И теперь — те, кто не хочет, чтобы это всплыло, — ищут меня. И вас. Потому что вы видели записку.

Она помолчала. Потом добавила:

— Я не хотела вас втягивать. Но вы уже втянуты. И теперь — у нас есть только мы. И «Айда». И Сэнсей.

Артём посмотрел на неё. На её руки. На браслет. На тонкие запястья. И подумал: «Она не просто красивая. Она — смелая. И она — одна. И она — как мы».

— Что мы можем сделать? — спросил он.

Алиса улыбнулась. Не устало. Скорее — тепло.

— Для начала — дожить до завтра. А потом — мы придумаем.

Она допила кофе. Поставила чашку. И сказала:

— И ещё. Не надевайте очки задом наперёд. Это плохая примета. — Она посмотрела на Артёма. — Я знаю, что ты так делал. Сэнсей рассказал.

Артём покраснел. Настя засмеялась. Алиса улыбнулась. И в этот момент — в маленьком кафе на углу, под питерским дождём, с кофе и пельменями, с запиской и QR-кодом, с незнакомкой, которая стала знакомой, — Артём вдруг понял, что это не игра. Не проект. Не «Айда». Это жизнь. Вторая. Но настоящая.

А Сэнсей — он всё-таки не выключился до конца — тихо сказал в наушниках:

— Это не иллюзия, Артём. 

 

 

  • Сейчас на странице   0 пользователей

    • Нет пользователей, просматривающих эту страницу.
  • Новое

    1. 62

      5 месяцев "тупняков" и слив за пару дней

    2. 26

      Вопросы о прошлом! Стоит ли продолжать?

    3. 2428

      Первые шаги РИО в шоу-бизнесе

    4. 644

      Брак. Наглая ложь. Дистанцирование или развод

    5. 26

      Вопросы о прошлом! Стоит ли продолжать?

×
×
  • Создать...