Стихи

[velikiy-magistr]

Два Адама

Мне странно сочетанье слов — «я сам»,

Есть внешний, есть и внутренний Адам.

Стихи слагая о любви нездешней,

За женщиной ухаживает внешний.

А внутренний, как враг, следит за ним,

Унылой злобою всегда томим.

И если внешний хитрыми речами,

Улыбкой нежной, синими очами

Сумеет женщину приворожить,

То внутренний кричит: «Тому не быть!

Не знаешь разве ты, как небо сине,

Как веселы широкие пустыни,

И что другая, дивно полюбя,

На ангельских тропинках ждет тебя?.»

Но если внешнего напрасны речи

И женщина с ним избегает встречи,

Не хочет ни стихов его, ни глаз —

В безумьи внутренний: «Ведь в первый раз

Мы повстречали ту, что нас обоих

В небесных успокоила б покоях.

Ах ты, ворона!» Так среди равнин

Бредут, бранясь, Пьеро и Арлекин.

Детство

Я ребенком любил большие,

Медом пахнущие луга,

Перелески, травы сухие

И меж трав бычачьи рога.

Каждый пыльный куст придорожный

Мне кричал: «Я шучу с тобой,

Обойди меня осторожно

И узнаешь, кто я такой!»

Только, дикий ветер осенний,

Прошумев, прекращал игру, —

Сердце билось еще блаженней,

И я верил, что я умру

Не один, — с моими друзьями.

С мать-и-мачехой, с лопухом.

И за дальними небесами

Догадаюсь вдруг обо всем.

Я за то и люблю затеи

Грозовых военных забав,

Что людская кровь не святее

Изумрудного сока трав.

Н.Гумилев

Life is Fine

I went down to the river

I set down on the bank.

I tried to think but couldn't,

So I jumped in and sank.

I came up once and hollered!

I came up twice and cried!

If that water hadn't a-been so cold

I might've sunk and died.

But it was

Cold in that water!

It was cold!

I took the elevator

Sixteen floors above the ground.

I thought about my baby

And thought I would jump down.

I stood there and I hollered!

I stood there and I cried!

If it hadn't a-been so high

I might've jumped and died.

But it was

High up there!

It was high!

So since I'm still here livin'

I guess I will live on.

I could've died for love-

But for livin' I was born.

Though you may hear me holler,

And you may see me cry-

I'll be dogged, sweet baby,

If you gonna see me die.

Life is fine!

Fine as wine!

Life is fine!

Ленгстон Хьюз

Изменено 19 января 2011 пользователем velikiy-magistr (история изменений)

[ОМЕН]

У Хьюза интересное стихотворение. Если выделять голосом смысловые слова, получается очень хороший стих, а если нет - рифмоплётство какое-то...

[velikiy-magistr]

ну у них, у классиков всегда так - что у Ленгстон Хьюза, что у Уинстона Одена, что у Роберта Фроста...

[МОТИЛЬДА]

Спасибо, очень понравилась тема, я думала будет один стеб тут.

Видео в первом посте ПолногоПэ очень понравились, как Безруков читает К. Симонова - тоже нет слов, вобще Симонова люблю, тем более он мой однофамилец)

Быкова стихоткорение там выложили в видео еще, его читает Верочка Полозкова, но на самом деле у нее у самой много впечатляющих стихов, которые актуальны, написанны в стиле нашего времени, но многое не слабее, чем у классиков. Сейчас полно стихов, где за модной и привлекательной формой - ноль содержания, пустота, ну так вот ее стихи как раз исключение.

Ну, возможно, парни посчитают что это все-таки женское... Но мне очень близко. Не то чтобы у меня было такое, просто я понимаю эти чувства.

Не получилось загрузить аудио, к сожалению, а мне нравится как она читает, но вконтакте например, или еще где-то, можно все это по названиям найти и послушать.

Тогда текст пишу Просто мне кажется это особый вид творчества у нее, когда их надо именно слушать, а не читать)

Вера Полозкова - Он красивый, смешной и глаза у него фисташковые

С ним ужасно легко хохочется, говорится, пьется, дразнится; в нем мужчина не обретен еще;

она смотрит ему в ресницы – почти тигрица, обнимающая детеныша.

Он красивый, смешной, глаза у него фисташковые; замолкает всегда внезапно, всегда лирически;

его хочется так, что даже слегка подташнивает; в пальцах колкое электричество.

Он немножко нездешний; взор у него сапфировый, как у Уайльда в той сказке; высокопарна речь его;

его тянет снимать на пленку, фотографировать – ну, бессмертить, увековечивать.

Он ничейный и всехний – эти зубами лязгают, те на шее висят, не сдерживая рыдания.

Она жжет в себе эту детскую, эту блядскую жажду полного обладания, и ревнует – безосновательно, но отчаянно.

Даже больше, осознавая свое бесправие.

Они вместе идут; окраина; одичание; тишина, жаркий летний полдень, ворчанье гравия.

Ей бы только идти с ним, слушать, как он грассирует, наблюдать за ним, «вот я спрячусь – ты не найдешь меня»;

она старше его и тоже почти красивая. Только безнадежная.

Она что-то ему читает, чуть-чуть манерничая; солнце мажет сгущенкой бликов два их овала.

Она всхлипывает – прости, что-то перенервничала. Перестиховала.

Я ждала тебя, говорит, я знала же, как ты выглядишь, как смеешься, как прядь отбрасываешь со лба;

у меня до тебя все что ни любовь – то выкидыш, я уж думала – все, не выношу, несудьба.

Зачинаю – а через месяц проснусь и вою – изнутри хлещет будто черный горячий йод.

А вот тут, гляди, - родилось живое. Щурится. Улыбается. Узнает.

Он кивает; ему и грустно, и изнуряюще; трется носом в ее плечо, обнимает, ластится.

Он не любит ее, наверное, с января еще – но томим виноватой нежностью старшеклассника.

Она скоро исчезнет; оба сошлись на данности тупика; «я тебе случайная и чужая».

Он проводит ее, поможет ей чемодан нести; она стиснет его в объятиях, уезжая.

И какая-то проводница или уборщица, посмотрев, как она застыла женою Лота

– остановится, тихо хмыкнет, устало сморщится – и до вечера будет маяться отчего-то.

Вера Полозкова - А воздух его парфюма, пота и табака

а воздух его парфюма, пота и табака

да старой заварки - стал нестерпимо вкусным.

вдохнуть бы побольше, стать турбонаддувным.

Ты просишь:

- Можно я поживу у него пока?

Надеясь:

- Можно я поживу с ним?

Глотая:

- Можно я поживу в нем?..

А вот это... Ну очень грустное. Я так боюсь что у меня может так случиться(( Просто потому что, наверно, у каждой может, или у каждого

Вера Полозкова - Джефри Тейтум

Джеффри Тейтум садится в машину ночью, в баре виски предусмотрительно накатив.

Чувство вины разрывает беднягу в клочья: эта девочка бьется в нем, как дрянной мотив.

«Завести машину и запереться; поливальный шланг прикрутить к выхлопной трубе,

Протащить в салон.

Я не знаю другого средства, чтоб не думать о ней, о смерти и о тебе».

Джеффри нет, не слабохарактерная бабенка, чтоб найти себе горе и захлебнуться в нем.

Просто у него есть жена, она ждет от него ребенка, целовал в живот их перед уходом сегодня днем.

А теперь эта девочка – сработанная так тонко, что вот хоть гори оно все огнем.

Его даже потряхивает легонько – так, что он тянется за ремнем.

«Бэйби-бэйб, что мне делать с тобой такой, скольких ты еще приводила в дом,

скольких стоила горьких слез им.

Просто чувствовать сладкий ужас и непокой, приезжать к себе, забываться сном, лихорадочным и белесым,

Просто думать ты – первой, я – следующей строкой, просто об одном, льнуть асфальтом мокрым к твоим колесам,

Испариться, течь за тобой рекой, золотистым прозрачным дном, перекатом, плесом,

Задевать тебя в баре случайной курткой или рукой, ты бы не подавала виду ведь.

Видишь, у меня слова уже хлещут носом –

Так, что приходится голову запрокидывать».

«Бэйби-бэйб, по чьему ты создана чертежу, где ученый взял столько красоты, где живет этот паразит?

Объясни мне, ну почему я с ума схожу, если есть в мире свет – то ты, если праздник – то твой визит?

Бэйби-бэйб, я сейчас приеду и все скажу, - я ей все скажу – и она мне не возразит».

Джеффри Тейтум паркуется во дворе, ищет в куртке свои ключи и отыскивает – не те;

Он вернулся домой в глубокой уже ночи, он наощупь передвигается в темноте,

Входит в спальню и видит тапки – понятно чьи; Джейни крепко спит, держит руку на животе.

Джеффри Тейтум думает – получи, и бредет на кухню, и видит там свою порцию ужина на плите.

Джеффри думает: «Бэйб, дай пройти еще октябрю или ноябрю.

Вон она родит – я с ней непременно поговорю.

Я тебе клянусь, что поговорю».

Джеффри курит и курит в кухне,

стоит и щурится на зарю.

Вера Полозкова - As it is

Вот смотри – это лучший мир, люди ходят строем,

Смотрят козырем, почитают казарму раем;

Говорят: «Мы расскажем, как тебя сделать стройным»

Говорят: «Узкоглаз – убьем, одинок – пристроим,

Крут – накормим тебя Ираком да Приднестровьем,

Заходи, поддавайся, делись нескромным,

И давай кого-нибудь всенародно повыбираем,

Погуляем, нажремся – да потихоньку повымираем».

Это вечная молодость: от МакДональдса до Стардогса,

От торгового комплекса до окружного загса,

Если и был какой-нибудь мозг – то спекся,

Чтобы ничем особенно не терзаться;

Если не спекся – лучше б ты поберегся,

Все отлично чуют тебя, мерзавца.

Это что ж под тобой все плавится и кренится –

Хочется значительнее казаться? –

Столько Бога вокруг, что хочется три страницы,

А не получается и абзаца?

Столько Бога – на фотографиях все зернится,

Воздух горлу не поддается, глаза слезятся?

А паек принесут – так ты сразу тявкать да огрызаться?

Ты б и впрямь, чувак, соблюдал границы –

Все прекрасно видят тебя, мерзавца.

Это лучший мир, так и запиши себе, дьяволенок,

Не сжигать же тебе блокнотов, не резать пленок,

Не трясти на предмет стишков твоих дамских сумок -

Просто мы не любим одушевленных,

К ним и приближаться-то стремновато без пары рюмок,

А тем более – подпускать наших юных самок.

Это замечательный мир, один из прекрасных самых.

Так и запиши себе, недоумок.

Изменено 19 января 2011 пользователем МОТИЛЬДА (история изменений)

[ЗЛОБОТА]

МОТИЛЬДА, лучше найди текст стихов и сюда запости. Вряд ли кто будет скачивать их по ссылкам.

[МОТИЛЬДА]

Да у меня ничего не получается просто!!! Простите за отступление! Ну почему мои куриные мозги не могут сообразить такую простую вещь, как нормально, по-человечесски, разместить сюда аудио, как люди это с видео сделали!!!!!

Ну а кроме Веры, еще просто стихи одной девушки, с которой раньше дружила, не известные, но мне нравятся (это не мои!!!). Ну это того времени, как мы только ждали своих прынцев, первый раз и все такое

***

В дни, когда много боли и много потерь,

И когда убивают и лгут лишь вокруг,

Жду, когда постучится в закрытую дверь

Мой единственный преданный друг.

Он врывается с ветром в распахнутый сад,

Заметая следы свежевзорванный мин…

Я хочу удержать, но он рвётся назад,

Прорывая плотину из льдин.

Он визжит в проводах моей мутной души,

Поливает засохшее сердце дождём,

Разрушает дворцы, оставляя гроши –

Я в слезах вспоминаю о нём…

Он взмывается ввысь и парит в облаках,

А меня оставляет вариться во лжи…

И опять я засну у него на руках,

Позабыв про стальные ножи.

***

Как будто целый мир в кармане –

Я помню этот разговор:

Ты в рваных джинсах от Армани,

Я – в чёрном платье от Диор.

Я помню ровное дыханье

За нервной дрожью этих рук…

Ты всё же выманил признанье,

Мой злой и добрый враг и друг.

Я помню фирменную марку –

Твою улыбку на губах:

Сверкала лентой от подарка…

Ты позабыл про стыд и страх.

Ты разбросал по небу звёзды,

Но там не место было им.

В моих глазах стояли слёзы,

А ты был занят лишь одним…

Как сердце Ангела в ладони,

Твоя нечестная игра…

Твой мутный разум не догонит

Всего, что я перегнала.

Как будто громкий глас тромбона,

Твоя отточенная речь –

Стрелял, как в дуло микрофона,

Язык твой резал, словно меч…

Но сердце трепещит в кармане.

Не озирайся, словно вор!

Ты в рваных джинсах от Армани,

Я – в чёрном платье от Диор.

Изменено 19 января 2011 пользователем МОТИЛЬДА (история изменений)

[velikiy-magistr]

Все чуждо нам в столице непотребной:

Ее сухая черствая земля,

И буйный торг на Сухаревке хлебной,

И страшный вид разбойного Кремля.

Она, дремучая, всем миром правит.

Мильонами скрипучих арб она

Качнулась в путь — и пол-вселенной давит

Ее базаров бабья ширина.

Ее церквей благоуханных соты —

Как дикий мед, заброшенный в леса,

И птичьих стай густые перелеты

Угрюмые волнуют небеса.

Она в торговле хитрая лисица,

А перед князем — жалкая раба.

Удельной речки мутная водица

Течет, как встарь, в сухие желоба.

Осип Мандельштам

NOTRE DAME

Где римский судия судил чужой народ,

Стоит базилика,- и, радостный и первый,

Как некогда Адам, распластывая нервы,

Играет мышцами крестовый легкий свод.

Но выдает себя снаружи тайный план:

Здесь позаботилась подпружных арок сила,

Чтоб масса грузная стены не сокрушила,

И свода дерзкого бездействует таран.

Стихийный лабиринт, непостижимый лес,

Души готической рассудочная пропасть,

Египетская мощь и христианства робость,

С тростинкой рядом - дуб, и всюду царь - отвес.

Но чем внимательней, твердыня Notre Dame,

Я изучал твои чудовищные ребра,

Тем чаще думал я: из тяжести недоброй

И я когда-нибудь прекрасное создам.

Осип Мандельштам

ЛЮБОВЬ

Был тихий час. У ног шумел прибой.

Ты улыбнулась, молвив на прощанье:

"Мы встретимся... До нового свиданья..."

То был обман. И знали мы с тобой,

что навсегда в тот вечер мы прощались.

Пунцовым пламенем зарделись небеса.

На корабле надулись паруса.

Над морем крики чаек раздавались.

Я вдаль смотрел, щемящей грусти полн.

Мелькал корабль, с зарею уплывавший

средь нежных, изумрудно-пенных волн,

как лебедь белый, крылья распластавший.

И вот его в безбрежность унесло.

На фоне неба бледно-золотистом

вдруг облако туманное взошло

и запылало ярким аметистом.

Андрей Белый

ПРОЩАНЬЕ

Мы разошлись на полпути,

Мы разлучились до разлуки

И думали: не будет муки

В последнем роковом "прости",

Но даже плакать нету силы.

Пиши - прошу я одного...

Мне эти письма будут милы

И святы, как цветы с могилы, -

С могилы сердца моего!

Николай Некрасов

РОМАНС

Не пробуждай, не пробуждай

Моих безумств и исступлений

И мимолетных сновидений

Не возвращай, не возвращай!

Не повторяй мне имя той,

Которой память - мука жизни,

Как на чужбине песнь отчизны

Изгнаннику земли родной.

Не воскрешай, не воскрешай

Меня забывшие напасти,

Дай отдохнуть тревогам страсти

И ран живых не раздражай.

Иль нет! Сорви покров долой!..

Мне легче горя своеволье,

Чем ложное холоднокровье,

Чем мой обманчивый покой.

Денис Давыдов

И МОЯ ЗВЕЗДОЧКА

Море воет, море стонет,

И во мраке, одинок,

Поглощен волною, тонет

Мой заносчивый челнок.

Но, счастливец, пред собою

Вижу звездочку мою -

И покоен я душою,

И беспечно я пою:

"Молодая, золотая

Предвещательница дня,

При тебе беда земная

Недоступна до меня.

Но сокрой за бурной мглою

Ты сияние свое -

И сокроется с тобою

Провидение мое!"

Денис Давыдов

ГУСАРСКИЙ ПИР

Ради бога, трубку дай!

Ставь бутылки перед нами,

Всех наездников сзывай

С закрученными усами!

Чтобы хором здесь гремел

Эскадрон гусар летучих,

Чтоб до неба возлетел

Я на их руках могучих;

Чтобы стены от ура

И тряслись и трепетали!..

Лучше б в поле закричали...

Но другие горло драли:

"И до нас придет пора!"

Бурцов, брат, что за раздолье!

Пунш жестокий!.. Хор гремит!

Бурцов! пью твое здоровье:

Будь, гусар, век пьян и сыт!

Понтируй, как понтируешь,

Фланкируй, как фланкируешь,

В мирных днях не унывай

И в боях качай-валяй!

Жизнь летит: не осрамися,

Не проспи ее полет.

Пей, люби да веселися!-

Вот мой дружеский совет.

Денис Давыдов

[Serdika]

чарльз буковски

угроза моему бессмертию

она разделась передо мной

пока я лежал на кровати с бутылкой пива

откуда у тебя эта бородавка

на заднице? я спросил.

это не бородавка, она ответила,

это родинка, типа родимого пятна.

эта штуковина меня пугает, я сказал,

давай в другой раз.

я встал с кровати и вышел в другую комнату

и сел на кресло-качалку.

она вошла. послушай, ты, старый пердун.

у тебя бородавки, рубцы и всякие такие штуки по всему телу. Я думаю ты самый уродливый

мужик, которого я когда-либо видела.

забудь об этом, сказал я, расскажи мне еще

о той родинке на твоей заднице.

она вышла в другую комнату

оделась и выбежала мимо меня, хлопнув дверью.

и если задуматься

она прочитала все мои книги

стихов.

я только надеялся она не расскажет

никому, что

я некрасив.

[velikiy-magistr]

ЗЕМЛЯ

В московские особняки

Врывается весна нахрапом.

Выпархивает моль за шкапом

И ползает по летним шляпам,

И прячут шубы в сундуки.

По деревянным антресолям

Стоят цветочные горшки

С левкоем и желтофиолем,

И дышат комнаты привольем,

И пахнут пылью чердаки.

И улица запанибрата

С оконницей подслеповатой,

И белой ночи и закату

Не разминуться у реки.

И можно слышать в коридоре,

Что происходит на просторе,

О чем в случайном разговоре

С капелью говорит апрель.

Он знает тысячи историй

Про человеческое горе,

И по заборам стынут зори,

И тянут эту канитель.

И та же смесь огня и жути

На воле и в жилом уюте,

И всюду воздух сам не свой,

И тех же верб сквозные прутья,

И тех же белых почек вздутья

И на окне, и на распутье,

На улице и в мастерской.

Зачем же плачет даль в тумане

И горько пахнет перегной?

На то ведь и мое призванье,

Чтоб не скучали расстоянья,

Чтобы за городскою гранью

Земле не тосковать одной.

Для этого весною ранней

Со мною сходятся друзья,

И наши вечера — прощанья,

Пирушки наши — завещанья,

Чтоб тайная струя страданья

Согрела холод бытия.

Б. Пастернак

[Monte_Cristo]

Сергей Есенин

* * *

Пой же, пой. На проклятой гитаре

Пальцы пляшут твои вполукруг.

Захлебнуться бы в этом угаре,

Мой последний, единственный друг.

Не гляди на ее запястья

И с плечей ее льющийся шелк.

Я искал в этой женщине счастья,

А нечаянно гибель нашел.

Я не знал, что любовь - зараза,

Я не знал, что любовь - чума.

Подошла и прищуренным глазом

Хулигана свела с ума.

Пой, мой друг. Навевай мне снова

Нашу прежнюю буйную рань.

Пусть целует она другова,

Молодая, красивая дрянь.

Ах, постой. Я ее не ругаю.

Ах, постой. Я ее не кляну.

Дай тебе про себя я сыграю

Под басовую эту струну.

Льется дней моих розовый купол.

В сердце снов золотых сума.

Много девушек я перещупал,

Много женщин в углу прижимал.

Да! есть горькая правда земли,

Подсмотрел я ребяческим оком:

Лижут в очередь кобели

Истекающую суку соком.

Так чего ж мне ее ревновать.

Так чего ж мне болеть такому.

Наша жизнь - простыня да кровать.

Наша жизнь - поцелуй да в омут.

Пой же, пой! В роковом размахе

Этих рук роковая беда.

Только знаешь, пошли их на хер...

Не умру я, мой друг, никогда.

<1923>

Виктор Гофман

У меня для тебя

У меня для тебя столько ласковых слов и созвучий.

Их один только я для тебя мог придумать любя.

Их певучей волной, то нежданно крутой, то ползучей,

Хочешь, я заласкаю тебя?

У меня для тебя столько есть прихотливых сравнений -

Но возможно ль твою уловить, хоть мгновенно, красу?

У меня есть причудливый мир серебристых видений -

Хочешь, к ним я тебя унесу?

Видишь, сколько любви в этом нежном, взволнованном взоре?

Я там долго таил, как тебя я любил и люблю.

У меня для тебя поцелуев дрожащее море, -

Хочешь, в нем я тебя утоплю?

(1902)

[Неискательница]

О. Бертгольц

Друзья твердят : " Все средства хороши,

Чтобы спасти от злобы и напасти

Хоть часть Трагедии, хоть часть души"

А кто сказал, что я делюсь на части?

А как мне скрыть- наполовину - страсть,

Чтоб страстью быть она не перестала?

Как мне отдать на зов народа часть,

Когда и жизни слишком мало?

Нет, если боль, то вся душа болит,

А радость - вся пред всеми пламенеет.

И ей не страх открытой быть велит -

Ее свобода, та, что всех сильнее.

Я так хочу, так верю, так люблю.

Не смейте проявлять ко мне участье.

Я даже гибели своей не уступлю

За ваше принудительное счастье.

Тэффи

Ваш чёрный карлик целовал Вам ножки,

Он с Вами был так ласков и так мил...

Все Ваши серьги, Ваши кольца, брошки

Он собирал и в сундучке хранил.

Но в страшный миг печали и тревоги

Ваш карлик вдруг поднялся и подрос.

Теперь ему Вы целовали ноги.

А он ушел, и сундучок унес...

Маяковский

Лошадь

сказала,

взглянув на верблюда:

"Какая

гигантская

лошадь-ублюдок".

Верблюд же

вскричал:

"Да лошадь разве ты?!

Ты

просто-напросто -

верблюд недоразвитый".

И знал лишь

бог седобородый,

что это -

животные

разной породы.

[SHOP N COME]

Сергей Есенин-Москва

Да! Теперь - решено. Без возврата

Я покинул родные края.

Уж не будут листвою крылатой

Надо мною звенеть тополя.

Низкий дом без меня ссутулится,

Старый пёс мой давно издох.

На московских изогнутых улицах

Умереть, знать, сулил мне Бог.

Я люблю этот город вязевый,

Пусть обрюзг он и пусть одрях.

Золотая дремотная Азия

Опочила на куполах.

А когда ночью светит месяц,

Когда светит... чёрт знает как!

Я иду, головою свесясь,

Переулком в знакомый кабак.

Шум и гам в этом логове жутком,

Но всю ночь напролёт, до зари,

Я читаю стихи проституткам

И с бандитами жарю спирт.

Сердце бьётся всё чаще и чаще,

И уж я говорю невпопад:

- Я такой же, как вы, пропащий,

Мне теперь не уйти назад.

Низкий дом без меня ссутулится,

Старый пёс мой давно издох.

На московских изогнутых улицах

Умереть, знать, сулил мне Бог.

[МОТИЛЬДА]

Жаль, такая милая, а туда же, где таких берут, их же нет в продаже; по большому счету, не люди даже, а научные образцы. Может только петь об Армагеддоне, о своем прекрасном царе Гвидоне, эти маленькие ладони, выступающие резцы.

Может только петь, отбывать повинность, так, как будто кто-то все ребра вынес, горлово и медленно, как тувинец, или горец, или казах.

У того, кто слушает больше суток, потихоньку сходит на нет рассудок, и глаза в полопавшихся сосудах, и края рукавов в слезах.

Моя скоба, сдоба, моя зазноба, мальчик, продирающий до озноба, я не докричусь до тебя до сноба, я же голос себе сорву. Я тут корчусь в запахе тьмы и прели, мой любимый мальчик рожден в апреле, он разулыбался, и все смотрели, как я падаю на траву.

Этот дробный смех, этот прищур блядский, он всегда затискан, всегда обласкан, так и тянет крепко вцепиться в лацкан и со зла прокусить губу. Он растравит, сам того не желая, как шальная женушка Менелая, я дурная, взорванная и злая, прямо вены кипят на лбу.

Низкий пояс джинсов, рубашки вырез, он мальчишка, он до конца не вырос, он внезапный, мощный, смертельный вирус, лихорадящая пыльца; он целует влажно, смеется южно, я шучу так плоско и так натужно, мне совсем, совсем ничего не нужно, кроме этого наглеца.

Как же тут не вешаться от тоски, ну, он же ведь не чувствует, как я стыну, как ищу у бара родную спину, он же здесь, у меня чутье; прикоснись к нему, и немеет кожа; но Господь, несбычи мои итожа, поджимает губы – и этот тоже. Тоже, девочка, не твое.

[Arai]

Тоже считаю Дельфина Поэтом с большой буквы. Я уже не говорю про репперов, они даже близко к нему не приблизились никто, а вообще Дельфин делает современную актуальную поэзию, какая она есть сейчас.

[Arai]

а вообще Дельфин делает современную актуальную поэзию, какая она есть сейчас.

а ты каких современных поэтов знаешь?

Ну еще я знаю Б.Гребенщикова тоже поэт серьезный, но немного старомоден. Цой конечно же. Вознесенского знаю, Кормильцева знаю. Это из относительно близких к нам по времени. То, что я других не знаю, вернее читал и слушал ( в виде песен) но не выделил для себя как раз и говорит о том, что я не занимаюсь поэтической субкультурой, а там я думаю их сотни и все известны в узких кругах. Пошерстить ЖЖ там каждый второй поэт и поэтесса, таже Нахема и прочие.

:lol: :lol: :lol: :lol:

Изменено 2 марта 2011 пользователем Arai (история изменений)

[МЯСО]

Нойз лучший поэт

[Агоньблиа xD]

Нойз лучший поэт

Нойз! Нойз! Нойз! Одобряю )))

И Есенин... блин... он тоже чумовой )))

[ОМЕН]

Наш пикап by ОМЕН

Вот закончились морозы

И метели февраля.

И от спермотоксикоза

Мужики бегут в поля.

Женщины оденут мини

И зацокает каблук.

И опять, как на картине

Весть в цветах предстанет луг.

Снова ругань сменять стоны

И любовь наполнит дом.

Снова на работу сонный

Будет приходить планктон.

Снова очередь в сексшопе

Будет вечером стоять.

И в Европу автостопом

Будут девочки гонять.

И средь всей этой малины,

Как вальяжные коты,

Мы пройдём с серьёзной миной,

Не заметив суеты.

Нам ведь, что зима, что лето -

Разницы особой нет!

Разговаривать "про это"

Начали мы с юных лет.

Наш пикап от времён года

Не зависел никогда.

Такова наша природа -

Мы готовые всегда.

Изменено 2 марта 2011 пользователем ОМЕН (история изменений)

[she is badddddd]

Мы любим тех, с кем никогда не будем,

Мы греем тех, с кем нам не по пути.

Из полувзгляда о душе мы судим,

И предвещаем что там впереди.

Мы любим тех, к которым не прижаться,

И не согреть безумием мечты.

Мы любим…и приходится сражаться,

С самим собой сводить опять счеты.

Мы будем с тем, кто нас к себе привадил,

Лишил свободы, приручил к рукам.

Прощаем тех, кто в душу часто гадил,

И придаемся грусти по ночам.

Кривя душой, мы будем улыбаться,

Смотря в глаза, скрывать любовь к другим.

И телом безысходно отдаваться,

Но сердцем никогда не будем с ним.

Мы любим тех, которые не с нами,

Мы любим лишь иллюзию, мираж.

А безответность жесткими шипами,

Бросает неизбежно в абордаж.

Но надо ЖИТЬ, играть,

ПРОЩАТЬ И ВЕРИТЬ!

Любовь, быть может, в жизни не одна…

Не закрывайте плотно в сердце двери,

Еще придет, попросится она…

[she is badddddd]

Ты на постель свою весь мир бы привлекла,

О, женщина, о, тварь, как ты от скуки зла!

Чтоб зубы упражнять и в деле быть искусной -

Съедать по сердцу в день - таков девиз твой гнусный.

Зазывные глаза горят, как бар ночной,

Как факелы в руках у черни площадной,

В заемной прелести ища пути к победам,

Но им прямой закон их красоты неведом.

Бездушный инструмент, сосущий кровь вампир,

Ты исцеляешь нас, но как ты губишь мир!

Куда ты прячешь стыд, пытаясь в позах разных

Пред зеркалами скрыть ущерб в своих соблазнах

Как не бледнеешь ты перед размахом зла,

С каким, горда собой, на землю ты пришла,

Чтоб темный замысел могла вершить Природа

Тобою, женщина, позор людского рода, -

- Тобой, животное! - над гением глумясь.

Величье низкое, божественная грязь!

Бодлер

ПАДАЛЬ

Вы помните ли то, что видели мы летом?

Мой ангел, помните ли вы

Ту лошадь дохлую под ярким белым светом,

Среди рыжеющей травы?

Полуистлевшая, она, раскинув ноги,

Подобно девке площадной,

Бесстыдно, брюхом вверх лежала у дороги,

Зловонный выделяя гной.

И солнце эту гниль палило с небосвода,

Чтобы останки сжечь дотла,

Чтоб слитое в одном великая Природа

Разъединенным приняла.

И в небо щерились уже куски скелета,

Большим подобные цветам.

От смрада на лугу, в душистом зное лета,

Едва не стало дурно вам.

Спеша на пиршество, жужжащей тучей мухи

Над мерзкой грудою вились,

И черви ползали и копошились в брюхе,

Как черная густая слизь.

Все это двигалось, вздымалось и блестело,

Как будто, вдруг оживлено,

Росло и множилось чудовищное тело,

Дыханья смутного полно.

И этот мир струил таинственные звуки,

Как ветер, как бегущий вал,

Как будто сеятель, подъемля плавно руки,

Над нивой зерна развевал.

То зыбкий хаос был, лишенный форм и линий,

Как первый очерк, как пятно,

Где взор художника провидит стан богини,

Готовый лечь на полотно.

Из-за куста на нас, худая, вся в коросте,

Косила сука злой зрачок,

И выжидала миг, чтоб отхватить от кости

И лакомый сожрать кусок.

Но вспомните: и вы, заразу источая,

Вы трупом ляжете гнилым,

Вы, солнце глаз моих, звезда моя живая,

Вы, лучезарный серафим.

И вас, красавица, и вас коснется тленье,

И вы сгниете до костей,

Одетая в цветы под скорбные моленья,

Добыча гробовых гостей.

Скажите же червям, когда начнут, целуя,

Вас пожирать во тьме сырой,

Что тленной красоты - навеки сберегу я

И форму, и бессмертный строй.

[ОМЕН]

Мне сказали, что лучшим поэтом Руси

Какого-то Нойза признали.

В связи с этим хотелось бы вас мне спросить:

А вы Етушенко читали?

Вы помните Пушкина и Пастернака?

Как вам Крученых и Маяк?

Рычу я и вою, как злая собака,

Взирая на этот бардак.

Ты скажешь, у Нойза всё современно

Стихи его на злобу дней?

Но ты поищи. И найдёшь, непременно

То, что и умней и злобней:

[A12]

Я больше не в силах на это смотреть:

Когда чья то жена (вот какое созданье!)

Сегодня клянется мужу в любви,

А вчера приходила ко мне на свиданье!

И, тряхнув, роскошною гривой волос

Так презрительно-дурно о нем отзывалась

Мол: его интеллект до меня не дорос

И в общении с женщиной слишком он прост.

А вот ты- ты другой: деловой, волевой,

И вообще: я на веки с тобой бы осталась!

Размышляя о всех недостатках его.

Меня выше и выше превозносила.

А я думал: Ну как?! Ведь когда то , давно,

И его она так же сильно любила...

И стремясь на свидание не опоздать,

Перед зеркалом, всё же, стояла подолгу.

Падал взгляд её томный, порой, на кровать,

И по телу в тот миг пробегала истома.

А уж ночью, в объятьях его, до утра,

Вся сгорала огнем и любила.

И слова... тьфу ты, чёрт!

Да ведь эти слова она, после, и мне говорила!

И стонала вот так же, как с ним,

И, порой, что-то вслух говорила невнятно.

А кого же видела перед собой?

Меня? Иль его? Непонятно!

Эта роль не прельщала меня никогда.

Что ж поделаешь? Были изгибы

У судьбы. И не проходило ни дня

Что б не проклял я эти изгибы!

Не любимый, не муж... Я ведь лишь идеал;

Тот, к кому её тянет сердечно.

А ведь можно всю жизнь идеал не найти.

И стремится к нему бесконечно!

Может я виноват? Вот не в силах понять,

И души успокоить терзанье.

Но! Другая клянётся кому-то в любви,

А потом идёт на свиданье...

[Агоньблиа xD]

Я больше не в силах на это смотреть:

Когда чья то жена (вот какое созданье!)

Сегодня клянется мужу в любви,

А вчера приходила ко мне на свиданье!

И, тряхнув, роскошною гривой волос

Так презрительно-дурно о нем отзывалась

Мол: его интеллект до меня не дорос

И в общении с женщиной слишком он прост.

А вот ты- ты другой: деловой, волевой,

И вообще: я на веки с тобой бы осталась!

Размышляя о всех недостатках его.

Меня выше и выше превозносила.

А я думал: Ну как?! Ведь когда то , давно,

И его она так же сильно любила...

И стремясь на свидание не опоздать,

Перед зеркалом, всё же, стояла подолгу.

Падал взгляд её томный, порой, на кровать,

И по телу в тот миг пробегала истома.

А уж ночью, в объятьях его, до утра,

Вся сгорала огнем и любила.

И слова... тьфу ты, чёрт!

Да ведь эти слова она, после, и мне говорила!

И стонала вот так же, как с ним,

И, порой, что-то вслух говорила невнятно.

А кого же видела перед собой?

Меня? Иль его? Непонятно!

Эта роль не прельщала меня никогда.

Что ж поделаешь? Были изгибы

У судьбы. И не проходило ни дня

Что б не проклял я эти изгибы!

Не любимый, не муж... Я ведь лишь идеал;

Тот, к кому её тянет сердечно.

А ведь можно всю жизнь идеал не найти.

И стремится к нему бесконечно!

Может я виноват? Вот не в силах понять,

И души успокоить терзанье.

Но! Другая клянётся кому-то в любви,

А потом идёт на свиданье...

это чьЁ???

[A12]

это чьЁ???

мой это опус...

[Найджел]

Дом в деревне, тихий дворик,

Ясный солнечный денёк...

У поленницы топорик

Воткнут в крепенький пенёк,

Куры бесятся от жира,

Дремлет кошка на крыльце,

Облепив кусочек сыра,

Мухи делают це-це.

Ставни. Лестница. Ворота.

Ряд цветастых покрывал.

Так и хочется кого-то

Затащить на сеновал...

[Krem-brule]

Атос, хорошо вышло, понравилось.

Н. Гумилев

Шестое чувство

Прекрасно в нас влюбленное вино

И добрый хлеб, что в печь для нас садится,

И женщина, которою дано,

Сперва измучившись, нам насладиться.

Но что нам делать с розовой зарей

Над холодеющими небесами,

Где тишина и неземной покой,

Что делать нам с бессмертными стихами?

Ни съесть, ни выпить, ни поцеловать.

Мгновение бежит неудержимо,

И мы ломаем руки, но опять

Осуждены идти всё мимо, мимо.

Как мальчик, игры позабыв свои,

Следит порой за девичьим купаньем

И, ничего не зная о любви,

Все ж мучится таинственным желаньем;

Как некогда в разросшихся хвощах

Ревела от сознания бессилья

Тварь скользкая, почуя на плечах

Еще не появившиеся крылья;

Так век за веком - скоро ли, Господь? -

Под скальпелем природы и искусства

Кричит наш дух, изнемогает плоть,

Рождая орган для шестого чувства.

[velikiy-magistr]

Погружался я в море клевера,

Окруженный сказками пчел.

Но ветер, зовущий с севера,

Мое детское сердце нашел.

Призывал на битву равнинную -

Побороться с дыханьем небес.

Показал мне дорогу пустынную,

Уходящую в темный лес.

Я иду по ней косогорами

И смотрю неустанно вперед,

Впереди с невинными взорами

Мое детское сердце идет.

Пусть глаза утомятся бессонные,

Запоет, заалеет пыль...

Мне цветы и пчелы влюбленные

Рассказали не сказку - быль.

***

БАЛАГАНЧИК

Вот открыт балаганчик

Для веселых и славных детей,

Смотрят девочка и мальчик

На дам, королей и чертей.

И звучит эта адская музыка,

Завывает унылый смычок.

Страшный черт ухватил карапузика,

И стекает клюквенный сок.

Мальчик

Он спасется от черного гнева

Мановением белой руки.

Посмотри: огоньки

Приближаются слева...

Видишь факелы? Видишь дымки?

Это, верно, сама королева...

Девочка

Ах, нет, зачем ты дразнишь меня?

Это - адская свита...

Королева - та ходит средь белого дня,

Вся гирляндами роз перевита,

И шлейф ее носит, мечами звеня,

Вздыхающих рыцарей свита.

Вдруг паяц перегнулся за рампу

И кричит: "Помогите!

Истекаю я клюквенным соком!

Забинтован тряпицей!

На голове моей - картонный шлем!

А в руке - деревянный меч!"

Заплакали девочка и мальчик.

И закрылся веселый балаганчик.

***

- Всё ли спокойно в народе?

- Нет. Император убит.

Кто-то о новой свободе

На площадях говорит.

- Все ли готовы подняться?

- Нет. Каменеют и ждут.

Кто-то велел дожидаться:

Бродят и песни поют.

- Кто же поставлен у власти?

- Власти не хочет народ.

Дремлют гражданские страсти:

Слышно, что кто-то идет.

- Кто ж он, народный смиритель?

- Темен, и зол, и свиреп:

Инок у входа в обитель

Видел его - и ослеп.

Он к неизведанным безднам

Гонит людей, как стада...

Посохом гонит железным...

- Боже! Бежим от Суда!

Блок

[The Evil Jester]

Магистр, мне у Блока вот это нравится:

Девушка пела в церковном хоре

О всех усталых в чужом краю,

О всех кораблях, ушедших в море,

О всех, забывших радость свою.

Так пел ее голос, летящий в купол,

И луч сиял на белом плече,

И каждый из мрака смотрел и слушал,

Как белое платье пело в луче.

И всем казалось, что радость будет,

Что в тихой заводи все корабли,

Что на чужбине усталые люди

Светлую жизнь себе обрели.

И голос был сладок, и луч был тонок,

И только высоко, у Царских Врат,

Причастный Тайнам,- плакал ребенок

О том, что никто не придет назад.

[ОМЕН]

"Весна пришла!" - мяучит кот.

"Весна пришла!" - журчит ручей.

"Весна пришла!" - кричит народ.

"Весна!" - щебечет соловей.

А Вася, словно дикий зверь

Любовницу свою *бал.

Вдруг хлопнула входная дверь.

"Жена пришла!" - он прошептал.

[subbat]

Иннокентий привычно садится на стул,

Поглощённый светил созерцаньем

Вот уж утренний ветер над крышей подул

Отвечают светила мерцаньем..

Иннокентий не сводит задумчивых глаз

Со сверкающих в небе явлений,

Тут восход озарился, мигнул - и погас!

Иннокентий исполнен сомнений

Существует ли всё, что горит в небесах?

Или это всего лишь картина?

Скоро полночь пробъёт на кремлёвских часах,

На лице у него паутина..

Кто другой бы - сидел, Иннокентий - встаёт,

И решительно ходит по крыше,

Под ногами его рубероид поёт

Иннокентий взволнованно дышит

Он спускается с крыши - он понял, в чём суть,

Дева в бочке подштанники плещет..

Он хватает ту деву за нежную грудь

Средь небес чёрный ворон трепещет.

© Б.Б.Гребенщиков

[The Evil Jester]

Иннокентий стоит на своей голове

презирая закон тяготенья

Мимо юная дева а может быть две

проходя вызывают смятенье

Иннокентий гордится своим либидо

Юным девам он делает знаки

Вдруг внезапно въезжая на красном ландо

появляется скот Полтораки

Эту деву иль двух он желает увлечь

перед ними он кобелем пляшет

Иннокентий чтоб дев чистоту уберечь

Полтораки отчаянно машет

Полтораки отходит на десять шагов

чтобы в челюсть ему не попало

Изумленная дева при виде врагов

покачнулась и в шахту упала

Полтораки поверженный мрачно лежит

Иннокентий спускается в шахту

Черный ворон бессмысленно в небе кружит

совершая бессменную вахту

Оттуда ж, в исполнении Ольги Першиной

[subbat]

Да, я помню, см. пост 94

[The Evil Jester]

Упс, сплагиатничал однако)

subbat, и про коленчатый вал с шестерней под рукой постил?

Ну да ладно, неужели и это было?:

С. Чумаков

а я ещё тогда учился в школе

маме никогда не смел солгать

и встретил вас и вот по вашей воле

стал и сквернословить и гулять

за тебя влезал с друзьями драться

разные насмешки не терпя

из-за тебя я стал опохмеляться

песни стал орать из-за тебя

гадюка, какая ты гадюка

отстань хорошая отстань

из-за тебя страдает вся округа

красивая молоденькая дрянь

гадюка, какая ты гадюка

ведь я любил тебя до слёз

из-за тебя страдает вся округа

зелёные глаза курносый нос

я оплатил высокою ценою

всю твою натуру до гроша

не жаль того что ты играла мною

жаль что до сих пор скулит душа

доколе нам корячиться доколе

спеты золотые вечера

а я тогда ещё учился в школе

тёмные кудрявились вихра

гадюка, какая ты гадюка

отстань хорошая отстань

из-за тебя страдает вся округа

красивая молоденькая дрянь

гадюка, какая ты гадюка

ведь я любил тебя до слёз

из-за тебя страдает вся округа

зелёные глаза курносый нос

[subbat]

to The Evil Jester: нет, из горных похождений я лишь короткий фрагмент цитировал,

в одной из левых тем. А так ты прав, произведение сильное и запостить его здесь следует

Иннокентий вращает коленчатый вал

Шестерня под рукою скрежещет

Покачнулся автобус - и в пропасть упал

Вместе с ним Иннокентьевы вещи

Пассажиры безумные в пропасть глядят

над паденьем ехидно смеются

Пять ученых мужей прах горстями едят

и о камень сединами бьются

Иннокентий сдувает пылинку с манжет,

упираясь в скалу альпенштоком

На конце альпенштока - портрет Беранже

и Горация томик под боком

Он уже на вершине, Он снял сапоги

Над строкою Горация плачет

Между тем уже полночь..Не видно ни зги,

Иннокентий Горация прячет

Вот и "Скорая помощь" стоит под скалой

Пассажиры дерутся с врачами

Черный ворон летает над их головой,

поводя ледяными очами

© Б.Б.Гребенщиков

Изменено 11 марта 2011 пользователем subbat (история изменений)

[ЗЛОБОТА]

Ребята, а Вы и правда читаете стихи? А как Вы это делаете?

Например есть сборник стихов, и Вы их периодически перечитываете. Или прочитали и забыли. Как это вообще происходит?

[Krem-brule]

Ребята, а Вы и правда читаете стихи? А как Вы это делаете?

Например есть сборник стихов, и Вы их периодически перечитываете. Или прочитали и забыли. Как это вообще происходит?

У меня несколько книжечек любимых авторов карманного формата, которые мне когда-то дарил дед (большой любитель поэзии) - порой беру в дорогу. А вообще по-разному бывает, например, процитированное здесь "Шестое чувство" Гумилева - вещь, которая произвела на меня наибольшее впечатление из школьной программы - близко моей душе.

[Старый Лис]

Например есть сборник стихов, и Вы их периодически перечитываете

Ну у меня примерно так и происходит. Поводом для перечитывания обычно является какая-то жизненная ситуация - оцениваешь и понимаешь, мля, прям как у Сережки Есенина (к примеру) в том-то стихотворении... как там третья строчка? мля, забыл, вспомнить не могу, покоя не дает. В итоге открываешь сборник, ищешь в оглавлении нужное название, на глаза попадаются старые-добрые стихотворения, с каждым из которых связана своя история, так в итоге и перечитываешь всю книгу целиком .

[ЗЛОБОТА]

У меня несколько книжечек любимых авторов карманного формата, которые мне когда-то дарил дед (большой любитель поэзии) - порой беру в дорогу.

Т.е. перечитываешь много раз. А в прозе у тебя есть такие рассказы, которые ты перечитываешь? В чем отличие? Мне стихи не нравятся. Считаю, что проза передает все более четко и красочно, чем стих.

Поводом для перечитывания обычно является какая-то жизненная ситуация - оцениваешь и понимаешь, мля, прям как у Сережки Есенина (к примеру) в том-то стихотворении... как там третья строчка? мля, забыл, вспомнить не могу, покоя не дает.

Впринципе у меня также срабатывают ассоциативные связи. Могу вспомнить фильм и захотеть его пересмотреть, вспоминаю анекдот или историю под ситуацию, но стих...

И вот эта любовь, она развивается или как вообще пришла вот эта любовь к стихам? Меня раздражает стихотворная форма, если идет повествование какое-то. Слишком натянуто под рифму иногда бывает. Раздражает даже. Проза лучше, имхо.

Извините за оффтоп.

Изменено 11 марта 2011 пользователем ЗЛОБОТА (история изменений)

[Krem-brule]

Злобота, конечно же есть и в прозе вещи, которые не раз перечитывал. Стихи лучше воспринимаются на слух, много их читать подряд тяжело - не воспринимается (имхо), поэтому стихи читаю несравненно реже, нежели прозу. В прозе, как правило, больше логических строений, конструкций, а в стихах - эмоций, образов, зарядов - в слишком разных плоскостях лежат вещи, имхо, чтобы сравнивать.

[Олеся Витальевна]

Уильям Батлер Йейтс

Будь у меня в руках небесный шёлк...

Будь у меня в руках небесный шёлк,

Расшитый светом солнца и луны,

Прозрачный, тусклый или тёмный шёлк

Беззвёздной ночи, солнца и луны,

Я шёлк бы расстилал у ног твоих.

Но беден я, храню я лишь мечты.

Я расстелил мечты у ног твоих.

Ступай легко, ведь то - мои мечты

Имей я неба вышитого шелк

Цвета златых лучей и серебра свеченья,

Туманно-голубой и темно-синий шелк

Из света, тьмы и сумеречной тени

У ног твоих его бы расстелил

Но я бедняк, и все что есть - мечты мои

К твоим ногам я постелил мои мечты

Ступай же осторожно,

по моим мечтам

ступаешь ты.

Будь у меня тончайшие шелка,

Что небеса расшили серебром и златом,

Ночною тьмою и сияньем дня

С игрой тонов рассвета и заката,

Устлать твой путь я ими был бы рад.

Но беден я, и лишь свои мечты

Смиренно я кладу к твоим ногам.

Будь осторожна - по мечтам ступаешь ты.

Владей небесной я парчой

Из золота и серебра,

Рассветной и ночной парчой

Из дымки, мглы и серебра,

Перед тобой бы расстелил, -

Но у меня одни мечты.

Свои мечты я расстелил;

Не растопчи мои мечты.

Имел бы я небом шитую ткань,

А в ней - золотой и серебряный свет;

Темную, синюю, тусклую ткань,

Дней и ночей полумрак-полусвет:

Их расстелил бы под ноги тебе,

Но беден я, у меня лишь мечты.

Я бросил мечты под ноги тебе -

Мягко ступай на мои мечты.

Будь у меня плетеный райский ковер,

Тканный золотым и серебристым светом,

Синий, темный иль черный ковер

Ночи, дня иль полусвета

Я расстелил бы его перед твоими ногами,

Но я нищ, и у меня есть лишь мои мечты,

Которые я распластал перед тобой;

Cтупай помягче, ведь ты идешь по моим мечтам.

[п-э]

Проза лишена абстрактного, она лишена глубины, остроты.. В прозе легче всё разжевать и донести до неопытных.. Но только в стихах, некоторых, может быть запечатлено в словах нечто несравненно большее и глубокое чем в 100 страницах прозы.. Только читая стих можно ощутить мгновенное осознание, можно увидеть то на описание чего потребуется много страниц, можно увидеть частичку мира глазами написавшего это опытного человека, можно вконце концов почувствовать как по телу пробегает дрожь от увиденного и осознанного тобой в одно мгновение, в маленьком коротком стихотворении... проза никогда не даёт такого )

Изменено 11 марта 2011 пользователем ПолныйПэ (история изменений)

[ЗЛОБОТА]

ПолныйПэ, я вот тоже задумался и ты расписал это в несколько другом ключе, но смысл примерно тот же. Может именно попытка срифмовать и дает этот эффект? Там, где можно написать пару предложений, поэт дает сжатый срифмованный метаязык, который нужно предварительно обдумать, а затем заархивировать в пару строчек. А читающий проделывает обратную работу?

[п-э]

ПолныйПэ, я вот тоже задумался и ты расписал это в несколько другом ключе, но смысл примерно тот же. Может именно попытка срифмовать и дает этот эффект? Там, где можно написать пару предложений, поэт дает сжатый срифмованный метаязык, который нужно предварительно обдумать, а затем заархивировать в пару строчек. А читающий проделывает обратную работу?

Хороший поэт рифмует слова не мыслями и не логикой, а чувствами... он запечатывает в них чистое знание и видение реальности... Он не придумывает никогда и ничего, стихи его рождаются под действием муз - вдохновения, и пережитого им и увиденного в жизни.. и приходят слова будто бы из ниоткуда..

Читающий же в зависимости от собственной чувствительности и опытности видит то о чём пишет поэт, ухватывает часть, или ухватывает то что там есть нечто непонятное ему, но важное и разгадывает рано или поздно... либо не видит совсем и говорит что это бред, набор слов... )

А плохой поэт думает, и его стихи примитивны, и никогда не несут в себе той мощи и заряда, того знания, которые есть у хороших поэтов..

Впрочем совершенных поэтов не бывает, все так или иначе филонят в чём то, но иногда выдают нечто великое )

Настоящая поэзия сродни магии )

Изменено 11 марта 2011 пользователем ПолныйПэ (история изменений)

[Krem-brule]

Может именно попытка срифмовать и дает этот эффект?

Имхо, эффект дает то, что в одной ярко выраженной эмоции может быть много больше, чем в тысячах псевдоумных буковок))

Изменено 11 марта 2011 пользователем Krem-brule (история изменений)

[Белая леди]

Анна Ахматова

Слава тебе, безысходная боль!

Умер вчера сероглазый король.

Вечер осенний был душен и ал,

Муж мой, вернувшись, спокойно сказал:

«Знаешь, с охоты его принесли,

Тело у старого дуба нашли.

Жаль королеву. Такой молодой!..

За ночь одну она стала седой».

Трубку свою на камине нашел

И на работу ночную ушел.

Дочку мою я сейчас разбужу,

В серые глазки ее погляжу.

А за окном шелестят тополя:

«Нет на земле твоего короля...»

Изменено 12 марта 2011 пользователем belaya_ledy (история изменений)

[Катёнка]

хм... однако...

[п-э]

-----

Было то в темных Карпатах,

Было в Богемии дальней...

Впрочем, прости... мне немного

Жутко и холодно стало;

Это - я помню неясно,

Это - отрывок случайный,

Это - из жизни другой мне

Жалобный ветер напел...

Верь, друг мой, сказкам: я привык

Вникать

В чудесный их язык

И постигать

В обрывках слов

Туманный ход

Иных миров,

И темный времени полет

Следить,

И вместе с ветром петь;

Так легче жить,

Так легче жизнь терпеть

И уповать,

Что темной думы рост

Нам в вечность перекинет мост,

Надеяться и ждать...

Жди, старый друг, терпи, терпи,

Терпеть недолго, крепче спи,

Всё равно всё пройдет,

Всё равно ведь никто не поймет,

Ни тебя не поймет, ни меня,

Ни что ветер поет

Нам, звеня...

А.Блок

Изменено 12 марта 2011 пользователем ПолныйПэ (история изменений)

[МОТИЛЬДА]

Ребята, а Вы и правда читаете стихи? А как Вы это делаете?

Например есть сборник стихов, и Вы их периодически перечитываете. Или прочитали и забыли. Как это вообще происходит?

Абсолютно не понимаю смысла читать целый сборник... У меня после нескольких стихотворений как-то притупляется чувствование и остальные уже не восприму. У меня это никогда не начинается с мысли "вот, надо бы почитать стихи". Чаще всего случайно встречается где-то стихитворение, котрое производит сильное впечатление и абсолютно меняет состояние... Или же наоборот очень соответствует ему, и кажется что автор передал то, что я сейчас чувствую, и как он это так точно угадал))

А у Блока очень "незнакомку" люблю) Даже глупо наверно его тут цитировать, все его знают... Но все равно, для себя) Мне особенно нравится первая часть, мне кажется я там была, вот точно там, где он описывает, и я все это видела и видела именно так И крендель булочной видела, и пары, которые среди канав за шлагбаумами, и особенно мне нравится как луну он описал...

А в целом, говорят, Блок воспевал смерть.

По вечерам над ресторанами

Горячий воздух дик и глух,

И правит окриками пьяными

Весенний и тлетворный дух.

Вдали над пылью переулочной,

Над скукой загородных дач,

Чуть золотится крендель булочной,

И раздается детский плач.

И каждый вечер, за шлагбаумами,

Заламывая котелки,

Среди канав гуляют с дамами

Испытанные остряки.

Над озером скрипят уключины

И раздается женский визг,

А в небе, ко всему приученный

Бесмысленно кривится диск.

И каждый вечер друг единственный

В моем стакане отражен

И влагой терпкой и таинственной

Как я, смирен и оглушен.

А рядом у соседних столиков

Лакеи сонные торчат,

И пьяницы с глазами кроликов

«In vino veritas!»1 кричат.

И каждый вечер, в час назначенный

(Иль это только снится мне?),

Девичий стан, шелками схваченный,

В туманном движется окне.

И медленно, пройдя меж пьяными,

Всегда без спутников, одна

Дыша духами и туманами,

Она садится у окна.

И веют древними поверьями

Ее упругие шелка,

И шляпа с траурными перьями,

И в кольцах узкая рука.

И странной близостью закованный,

Смотрю за темную вуаль,

И вижу берег очарованный

И очарованную даль.

Глухие тайны мне поручены,

Мне чье-то солнце вручено,

И все души моей излучины

Пронзило терпкое вино.

И перья страуса склоненные

В моем качаются мозгу,

И очи синие бездонные

Цветут на дальнем берегу.

В моей душе лежит сокровище,

И ключ поручен только мне!

Ты право, пьяное чудовище!

Я знаю: истина в вине.

Изменено 12 марта 2011 пользователем МОТИЛЬДА (история изменений)

[NYVX]

Кажинный раз на этом самом месте

я вспоминаю о своей невесте.

Вхожу в шалман, заказываю двести.

Река бежит у ног моих, зараза.

Я говорю ей мысленно: бежи.

В глазу -- слеза. Но вижу краем глаза

Литейный мост и силуэт баржи.

Моя невеста полюбила друга.

Я как узнал, то чуть их не убил.

Но Кодекс строг. И в чем моя заслуга,

что выдержал характер. Правда, пил.

Я пил как рыба. Если б с комбината

не выгнали, то сгнил бы на корню.

Когда я вижу будку автомата,

то я вхожу и иногда звоню.

Подходит друг, и мы базлаем с другом.

Он говорит мне: Как ты, Иванов?

А как я? Я молчу. И он с испугом

Зайди, кричит, взглянуть на пацанов.

Их мог бы сделать я ей. Но на деле

их сделал он. И точка, и тире.

И я кричу в ответ: На той неделе.

Но той недели нет в календаре.

[subbat]

КАРТИНЫ ИЗ СЕЛЬСКОЙ ЖИЗНИ

У поворота на Коростылево

Угрюмый старец сильно бьет клюкой

Увязшего в болоте крокодила.

А тот, возведши очи к небесам,

Окрестность оглашает хриплым стоном.

Усталые седые агрономы

От жен сварливых прячутся в кусты

И там сидят, порою по два года,

Из удобрений гонят самогон,

И, пьяные, играют в "накось-выкусь".

Порой в колхоз привозят трактора -

Тогда крестьянин прячется под стог,

А те свирепо точат шестерни,

И, лязгая стальными клапанами,

Гоняются за девками по лугу.

Пейзанки собирают колоски

И прячут их стыдливо по подолы.

Вон пастухи в амбаре пьют "Шанель"

И обсуждают новое бьеннале...

В тумане чье-то светит декольте.

Толпа пейзанок, юбки подобрав,

Прихватывает Федю-недоумка

И боязливо дергают за член -

А тот стоит и в ус себе не дует,

Лишь слюни каплют из большого рта.

Захорошело тучное жнивье,

Рычит в конюшне боров кровожадный

И роет землю кованым копытом.

Пейзанки с визгом мочатся в кустах...

Счастливая весенняя пора!

© Б.Б.Гребенщиков